Новую книгу Андрея Макаревича "Мужская кулинария" нельзя назвать классической поваренной книгой. Она, скорее, для удовольствия и хорошего настроения. Чтение с первых же строк превращается в задушевный разговор на кухне со старым приятелем. Забавные истории, воспоминания, советы по делу, анекдоты, размышления о творчестве, о жизни ... и о еде, конечно же!

Книга написана легко и увлекательно. Каждый рецепт сопровождается аппетитнейшей фотографией (до обеда книгу лучше не рассматривать :), а иногда и авторским рисунком, на котором изображен то барашек на вертеле, то симпатичная корова, то Марк Гербер, излучающий флюиды счастья.

Андрей Макаревич:"Те, кто думает, что у них в руках сборник кулинарных рецептов, - купил эту книгу напрасно. Знаете, как играют на скрипке? Водят смычком по струнам. Глядя в ноты. Только один - Паганини, а второй - Пупкин. А ноты одни и те же! Кулинарные рецепты - это ноты. А мне было бы приятно, если бы вы научились играть. Играть, кстати, можно и без нот - это называется импровизация, и я это очень ценю. А делов-то - просто чувствовать музыку и любить её! В нашем путешествии нас будет сопровождать мой старый товарищ и соавтор по "Занимательной наркологии" профессор Марк Гарбер - известный нарколог, диетолог и гигиенист".

Марк Гербер: "Рекомендации моего друга А.Макаревича, по аналогии с музыкой, скорее можно сравнить с аккордами, прилагающимися к тексту песен, чем с нотами, поэтому и у вас есть возможность не только для вариаций на эту тему, но и для творческого совершенствования мотива. Главное, что у него получается, это - вызвать желание творить. Знаю по себе".

Отрывки из книги: 

"В детстве ничто не предвещало будущего увлечения. Жили мы как все, то есть небогато, и сам быт коммуналки с общей кухней на четыре плиты не предполагал никаких заигрываний с высокой кулинарией. Имелась, правда, в доме знаменитая "Книга о вкусной и здоровой пище" с предисловием, по-моему, Микояна, но не помню, чтобы ею когда-либо пользовались. Была она тяжела и огромна и украшена фотографиями столов, ломящихся от яств. (Недавно открыл и удивился - убогое зрелище. Как все меняется!) Начиналось с цитаты Сталина: "Социализм дал людям право жить зажиточно". Любил я эту книгу порассматривать, когда родители на работе, а за окном идет дождь, но ассоциации с едой она не вызывала - так, диковина".

"Свежие овощи ассоциируются у нас с салатами. Так вот, я не люблю овощи, порезанные чьими-то руками. Особенно если мелко. И все это густо унавозили майонезом. Не мое. Хотя если взять очень большую миску, настоящие помидоры "Бычье сердце", настоящий крымский сладкий лук, грунтовые пупырчатые огурцы, порезать лук кольцами, помидоры - крупными дольками (а еще стараться резать по перегородочкам, чтобы сок не вытекал!), огурцы - кружочками, аккуратно выложить в миску (огурцы, потом помидоры, лук сверху), полить подсолнечным маслом, чуть-чуть сбрызнуть уксусом, посыпать крупной солью и красным перцем и - нет, не перемешать, а нежно взрыхлить - и тут же подать к столу - это очень недурно. Еда, конечно, летняя - из зимней гидропоники такого не сварганишь".

"Можно ли назвать лук едой? Долго размышлял я на эту дурацкую тему, и получалось, что вроде нельзя. Еда - это то, что как бы едят само по себе. Скажем, картошка. А лук все время едят с чем-то. Вернее, наоборот - что-то все время едят с луком. Точнее, практически все. В пользу того, что лук является едой сам по себе, говорит только тот факт, что папа Карло принес голодному Буратино именно луковицу, и тот ее сожрал. Помню, в детстве меня это несколько коробило... Лук необходим человечеству как важнейшая вкусовая краска. И без нее не написать достойного полотна. Чертовски хорошо, скажем, на природе, особенно в холодное время года, расстелить на пеньке газетку, разрезать охотничьим ножом на четыре части хрустящую луковицу, посыпать ее крупной солью. А если рядом на этой же газетке окажется шматок подмерзшего сала, горбушка черного хлеба и грамм сто водочки - это можно будет с ума сойти. Это - азбука. Пойдем дальше".