Все началось с трупов двух парней, выходцев из бедных парижских предместий, найденных на окраине Парижа, в квартале Порт-де-ла-Шапель. Комиссар Жан-Батист Адамберг ни за что не хотел отдавать их Наркотделу – и, кажется, копнул слишком глубоко… Тут в дело вмешалась таинственная Тень. Кто она – монахиня Кларисса из стародавнего века, медсестра-убийца с раздвоенным сознанием или кто-то другой – знакомый незнакомец? Комиссар убежден, что нити преступлений тянутся из далекого прошлого. Но вот при чем тут красавцы-олени, растерзанные в нормандских лесах?

Фрагмент из книги:

Лусио отдернул занавеску и закрепил ее бельевой прищепкой, чтобы удобнее было наблюдать за новым соседом. Невысокий темноволосый мужик, подставив обнаженный торс холодному мартовскому ветру, строил стену из бетонных блоков, даже не пользуясь отвесом. Проведя час в засаде, Лусио встрепенулся, словно ящерица, выходящая из послеполуденной спячки, отлепил от губ потухшую сигарету и поставил диагноз:

- Строит на глазок, в голове туман. Упрям как осел, плывет по воле волн.

- Сдался он тебе, - сказала ему дочь без особой уверенности.

- Я знаю, что делаю, Мария.

- Тебя хлебом не корми, дай языком потрепать.

Лусио прищелкнул языком:

- Ты бы еще не так заговорила, будь у тебя бессонница. Той ночью я видел ее, как сейчас тебя.

- Да, ты уже рассказывал.

- Она проплыла за окнами второго этажа медленно, как привидение.

- Да-да, - равнодушно повторила Мария.

Старик распрямился, опершись на трость.

- Такое впечатление, что она готовилась к встрече с очередной жертвой. С ним, то есть, - добавил он и повел подбородком в сторону сада.

- Он пропустит твои россказни мимо ушей.

- Это его дело. Дай мне сигарету, я пошел.

Мария сунула сигарету прямо в рот отцу и зажгла ее.

- Мария, черт возьми, отломи фильтр.

Она послушалась и помогла отцу надеть пальто. Потом запихнула ему в карман крохотный радиоприемник, откуда сквозь помехи с трудом пробивались еле слышные слова. Старик никогда с ним не расставался.

- Ты уж на него не наезжай особо, - попросила Мария, поправляя отцу шарф.

- Ему не впервой, уверяю тебя...

Составитель серии  Борис Акунин