Из воспоминаний сына:
«Мне кажется, до последних своих дней был он ребенком. Я не говорю ни о каком упрощении, ни о каком детском эгоизме или беспечности. Отец прожил очень нелегкую жизнь, вообще человеческую жизнь считал страшной, до краев полной горя и слез. И в то же время, как ребенок, всё — и хорошее, и плохое — видел необыкновенно ярко и будто впервые: хорошему сразу верил, готов был идти за ним, куда угодно. Наверное, эта вечная, никогда не преходящая детскость — то, без чего настоящие сказки писать невозможно"Александр Шаров (настоящее имя - Шер Израилевич Нюренберг) родился в Киеве 25 апреля 1909 года, в семье профессиональных револионеров. У родителей Александра Шарова оказалось схожая судьба. Отец (Израиль Исакович Нюренберг), журналист и историк, погиб в заключении. Мать (Фани Ефимовна Липец) была расстреляна. В годы гражданской войны, пока родители мотались по фронтам, устанавливая советскую власть, мальчик воспитывался в Московской
опытно-экспериментальной школе-коммуне им. Лепешинского, о которой позже написал книгу «Маленькие становятся большими».
Еще будучи студентом биологического факульета МГУ (который он закончил в 1932 году по специальности "генетика"), Александр Шаров понемногу печатался. А в 1937 году, уже как полноправный коореспондент газеты «Правда», участвовал в зимнем арктическом перелете вдоль побережья Ледовитого океана на Всемирную выставку в США в г. Портленд. Участники этого перелета едва не погибли — на участке «Анадырь — Портленд» в воздухе отказал мотор и сели они чудом. А после — жаркая встреча героев, большие ордена (Шарову достался орден Боевого Красного знамени),кремлевские приемы и прочее.
Наверно,подобные чествования продолжались бы еще довольно долго, если бы в том же 1937 году не была расстреляна мать Александра..
Из воспоминаний сына:
"
Передохнув на Чукотке, им надлежало отправиться дальше, на всемирную выставку в Америку, в город Портленд. Недалеко от Анадыря прямо в воздухе отказал мотор. Сели чудом... Но настоящим чудом считал отец не приземление, а поломку — по возвращении из Портленда всех наверняка расстреляли бы как американских шпионов.
А так — встретили как героев. Большие ордена, банкеты, чествования. Торжества скоро осточертели. Когда командир самолета на очередной прием не позвал отца, тот был только рад. Но когда не взяли на второй и на третий — удивился, обиделся, потребовал объяснений. Командир молча указал на толстую пачку вскрытых писем, повернулся и вышел.
В пачке — около восьмидесяти адресованных отцу посланий: тридцать от брошенных детей, сорок от жен и девять от матерей (его газетный псевдоним был распространенной местной фамилией). Дети, жены и матери умоляли вернуться в семью беглого сына, мужа, отца... Письмо одной женщины было так прекрасно и трогательно, что до конца своих дней жалел отец, что не поехал...
— Ну, хорошо! — сказал он командиру. — Допустим, я бросил тридцать детей и сорок жен. Но что же, по-вашему, у меня девять матерей?
Командир долго смотрел на него и медленно произнес:
— Достаточно и одной…"
В 1941 году писатель ушел добровольцем на фронт. Поначалу был единственным орденоносцем в полку, но война это быстро исправила. В 1943-м Шаров был уже майором, с большим количеством медалей и наград.
Из воспоминаний сына:
"На фронт пошел отец в июне сорок первого. Добровольцем. После Арктики был орденоносцем, единственным в полку, и старшина, обучавший новобранцев, одобрял отца как солдата, мол, всем хорош, но есть два недостатка: высокий рост, поэтому будет правофланговым и первым погибнет, ну и, конечно, высшее образование — много думает, затягивает шаг...Тот же старшина, участник еще первой мировой, говорил по опыту и вздыхая: интеллигенты быстро вшивеют (в буквальном смысле)"
"Дело было на Украине. Шел бой. Наши — в полукольце, боеприпасы на исходе. Но взяли в плен двух венгров и трех чехов. Отправить в тыл не с кем: на счету каждый солдат. Командир решил их повесить (жалел патроны... вдобавок выстрелы обнаружат роту). Отец — военный журналист и майор, ротный — капитан. Чехи и венгры стояли рядом, слушали перепалку и всё понимали (чехи переводили венграм). Отец отбил пленных как старший по званию. Сам и повез на редакционном «козлике» без всякой охраны. Пятеро солдат обязаны ему жизнью... "А после войны Александр Шаров стал писать - и традиционную прозу, и фантастику, и сказки, которые почему-то больше всего запомнились: "Кукушонок", "Мальчик-одуванчик и три ключика", "Человек-горошина и Простак", "Приключения Еженьки","Волшебники приходят к людям"..
Многие его произведения так и остались неизданными, непрочитанными, неизвестными.
А то, что любимо и ценится многими, переведено на венгерский, немецкий и польский языки.
Умер Александ Шаров в 1984 году в Москве.
Из воспоминаний сына:
"Я помню отца очень печальным — смотрел на события совершенно трагически и был таким большую часть времени в последние пятнадцать лет своей жизни. Помню и редкостно добрым, мудрым, всё понимающим, всё прощающим... Помню и удивительно радостным, буквально фонтанирующим идеями, остротами..."
Свернуть »
Читать дальше »
Пушкин Александр Сергеевич
Свернуть »
Добавить комментарий »